Надежда Мичри: «В те времена в Феодосии электричество являлось роскошью»

Сельская девчонка

Надежда Мичри, урожденная Литвиненко, родилась 17 апреля 1929 года в селе Приветное Кировского района. Она была младшим ребенком в семье, вырастившей двух дочерей. Ее родители работали на добыче воды из источника Су-Баш. Отец Иван Гаврилович – мотористом, а мать Анна Артемовна – рабочей.

Когда началась Великая Отечественная война, Н. Мичри исполнилось 11 лет.

- До войны я успела окончить начальную школу (четыре класса) в нашем селе, а во время войны никакой учебы не было. Тогда мы заботились только о том, как нам выжить, - вспоминает она. – Боевых действий в нашем селе не было. Мы поняли, что Крым оккупирован, когда в Приветное вошли немцы. Почти в каждом доме жили немецкие солдаты. Наш дом был маленьким – всего две комнаты. Когда село оккупировали, нашу большую комнату занял офицер со своим денщиком, а мы ютились в маленькой комнатенке. Нам повезло, так как офицер оказался тихим и уравновешенным человеком. У других селян жили солдаты Вермахта большими группами, досаждая своим присутствием хозяевам. Немцы то жили в нашем селе, то их куда-то отзывали, и они уезжали на какое-то время, а потом возвращались.

В детских воспоминаниях Надежды Ивановны сохранилось впечатление, что в годы оккупации днем в Приветном  хозяйничали немцы, а ночью – партизаны.

- Они приходили в село в основном за продуктами, так как голодали в лесу. Снабжать их едой, а тем более привечать в своем доме было опасно. Оккупационные власти казнили всех, кто поддерживал связь с партизанами. Конечно же, мои родители помогали партизанам, но очень аккуратно, чтобы не навлечь гнев немцев, - пояснила Надежда Ивановна. – По утрам немцы проверяли каждый дом, чтобы выявить пособников партизанам. Когда немецкий офицер отлучался, к нам приходили люди из леса за провиантом, а уходя, вышибали входную дверь. Ее-то родители показывали нашему постояльцу, как доказательство того, что продукты отдали партизанам якобы не добровольно. Брат отца пожалел свою дверь и поплатился за это жизнью. Его расстреляли на старокрымском повороте. Уже после освобождения Крыма кто-то рассказал папе, что видел, как вели на расстрел людей, и перед гибелью один мужчина выкрикнул из толпы: «Я из Приветного, сообщите родным». Отец с односельчанами поехали на указанное место, раскопали тела семи казненных односельчан и на подводе привезли их в село, чтобы похоронить по-человечески. Среди них был мой дядя Александр Гаврилович Литвиненко.

После освобождения Крыма Надежда Мичри снова пошла в школу. На сей раз в семилетку села Золотое Поле, располагавшуюся в 6 км от Приветного. После окончания семилетки в 1947 году Н. Мичри поступила на бухгалтерские курсы в Феодосии, по окончанию которых уже не вернулась в родное село.

Феодосийская электростанция

Окончив курсы, Надежда Ивановна вышла замуж, родила дочь Веру, а в 1955 году после трагической гибели супруга устроилась на предприятие, где работал муж. Она стала  картотетчицей-счетоводом на электростанции Феодосии.

- Первый энергопоезд появился в нашем городе в 1953 году. Он стоял в районе железнодорожного вокзала там, где когда-то был старый концертный зал. Его называли «тысячник». Трудно сейчас представить, что в те времена в Феодосии электричество являлось роскошью. Например, до 1960-х годов жители Карантина и Форштадта пользовались керосиновыми лампами для освещения своего жилища по вечерам, - рассказала Надежда Мичри. - Затем в 1955 году в районе «Динамо» установили «пятитысячник», и сеть энергоснабжения расширилась. В этот период я и пришла трудиться на электростанцию. Наш коллектив насчитывал десять человек плюс начальник Ефим Абрамович Кацеленбоген, который возглавлял электростанцию до конца своей жизни. Он умер в конце 1960-х.

В 1955 году коллектив электростанции состоял из 2 монтеров, 4 контролеров, 2 картотетчиц, бухгалтера и приемщицы. По словам Н. Мичри, тогда всего одна приемщица выполняла работу всего абонентского отдела, в котором теперь трудится более 40 человек.

- Контролеры совершали обход абонентов и переписывали наличие в их жилищах электроприборов (лампочек, электроплиток и других). Эти сведения они передавали мне, то есть картотетчикам, которые по специальной таблице рассчитывали сумму, полагающуюся к оплате за потребляемую электроэнергию. Затем выписывались квитанции, которые контролеры разносили абонентам, - уточнила Надежда Ивановна. – В 1960-х электростанция превратилась в Феодосийское отделение энергосбыта, в 1980-х – отделение энергонадзора, а теперь - РЭС. Сначала мы были маленьким филиалом энергосетей Херсона, а потом стали самостоятельным предприятием, так как количество абонентов постоянно росло. Постепенно электрифицировались окраины Феодосии, строились новые линии в пригороды. Коллектив наш рос год от года. В конце 1960-х появились первые счетчики, изменив структуру нашей работы. Я освоила практически все специальности, связанные с учетом электроэнергии, так как мне довелось трудиться на разных должностях. Если возникала производственная необходимость, я заменяла сотрудника отдела учета или иного подразделения предприятия.

Два листа трудовой книжки Надежды Мичри занимают благодарности, а 21 декабря 1979 года ей присвоили звание «ветерана труда». В Феодосийском РЭС она проработала до 1987 года, хотя еще в 1984 году могла отправиться на заслуженный отдых.

Супруг

Анатолий Мичри – коренной феодосиец. Он родился 22 февраля 1934 года. После окончания школы А. Мичри отправился в Краснодар и поступил в техникум, а по завершению учебы получил направление на работу мастером на заводе электросчетчиков в Вильнюс. Оттуда его призвали в Советскую Армию, а после службы он вернулся в родную Феодосию и устроился на электростанцию, где в 1957 году познакомился с Надеждой. В 1959 году они поженились, а три года назад отметили свою Золотую свадьбу.

- С 1957 по 2003 год муж трудился на одном предприятии, занимал различные должности и даже не помышлял о смене места работы. Одно время он работал в передвижной автолаборатории по проверке электрокабеля, - призналась Н. Мичри. – Жили мы скромно. Еще с первым супругом на улице Назукина мы восстановили ничейную хибарку, в которой я жила со вторым мужем и дочерью до 1990-х годов. Многие коллеги хитрили с целью получения квартиры, даже разводились, а моя семья жила без удобств и даже не просила об улучшении жилищных условий. Уверена, нам дали бы благоустроенную квартиру, если бы мы обратились с таким заявлением. Но все разрешилось само собой. В свое время свекор со свекровью получили от порта трехкомнатную квартиру, в которой сейчас мы живем с мужем. Очень тоскуем за нашим старым жилищем, этим дружным двором, где жили с соседями, как одна семья.

Подписывайтесь на Кафу в Facebook, страницу ВКонтакте и группу в Одноклассниках. А также на канал Youtube и Telegram.