Фазаний хутор Марка

О городе Марк говорит неохотно, извиняется, поясняя, что некоторые человеческие явления уродливы, поэтому разговор больше шел о природе, живности-дичи, будущем хутора, обозримом и далеком. Фазаний хутор – это то дело, в которое собеседник «Кафы» ушел, как говорится, полностью, с головой. Нинзя-черепашки - Здесь мне нравится разрабатывать проекты строений: сейчас проектирую баню, сижу и чиркаю-чиркаю, - Марк сидит перед тетрадью с зарисовкой в уютной беседке Фазаньего хутора. – В доме все сам сделал – там у меня гостевая - каминный зал. Трудно в таком доме не жить. Вместе с архитектором Андреем Астафьевым из «Крымниипроекта» мы часто вместе собираемся, что-то рисуем, придумываем, создаем. Марк – по образованию реставратор резьбы по дереву, его он, после феодосийской «художки», получал в Питере. Затем в Киргизии, «на самой границе с Китаем», оформлял поселок, работал в Красноярске. Был театральным художником, замдиректора театра. Последние годы занимается гастрономическими проектами, кулинария – то, что Марк любит и в чем знает толк. - Мои мечты, как правило, воплощаются. Я захотел когда-то построить китайский ресторан «Батерфляй», я его и построил в Феодосии. Там плавал живой нильский крокодил. Я привозил туда из Москвы лягушачьи лапки, лангустов, змей, лобстеров, омаров, - то, чего в Феодосии никто тогда и не видывал. Было кабаре «Дикая орхидея», где в часовой яркой программе выступали артисты, фокусники – девять тысяч долларов было потрачено только на театральные костюмы. Сейчас Марк более известен, как владелец пиццерии «Итальянский дворик». - Пиццерия появилась случайно. Первая книжка, которую прочел сын – «Нинзя-черепашки» и стал просить пиццу. Та, что была в продаже, ему не понравилась, - пришлось готовить мне самому. Он просил пиццу каждый день, и возникла идея построить пиццерию. Так девять лет назад в Феодосии появился «Итальянский дворик», благодаря человеку, которого я очень уважаю, который мне помог воплотить мою мечту. Все эти годы я стараюсь держать один и тот же интерьер, одну и ту же кухню. Одни приходят и говорят: «Неужели нет денег, чтобы поменять интерьер?». Другие: «Как замечательно, что все здесь так, как и восемь лет назад: и интерьер, и пицца такая же!». Сейчас все доходы с «Итальянского дворика» съедает Фазаний хутор. Фазаны и лисята Идеей Фазаньего хутора Марк увлекся в марте позапрошлого года, взял у лесничества в аренду землю, на которой несколько столетий назад по указу Екатерины Великой был создан охотничий сад. Садом занимался садовник, живший в Феодосии, а покой этих мест охраняли казаки, квартировавшие тут же в казармах. Потом, по словам Марка, появились кордоны для лесников. И лесники здесь располагались до недавних пор, пока лет пять назад здание совсем забросили. - Я когда-то давно сделал проект корчмы со старой мельницей и хотел взять под это лес, так представлялась золотая старость – можно спокойно работать и жить, - объяснил Марк. – А с Фазаньим хутором все началось с того, что в тот период, когда был птичий грипп, мне позвонили и сказали: «Марк, купи фазанов для ресторана, их все равно заставят побить – вдруг у нас объявят птичий грипп». Я их купил для «Итальянского дворика» – они такие красивые, куда их убивать? Марк посмотрел в Интернете, как разводятся эти птицы, сделал по английской технологии вольеры для токования и приобрел инкубатор. Потом появились лошади: одну вначале он сам купил жене, потом друзья подарили его дочери жеребенка, - сейчас их на Фазаньем хуторе уже 13. Дедушка жены коз подарил. Тогда я решил: раз живу, как в деревне, надо корову купить, затем баранов купил. В итоге у нас сейчас 17 видов домашних животных. Каких-то особо экзотических животных нет, но зато здесь можно увидеть все, что выращивают в деревнях. Не у каждого хозяина имеется сразу столько живности. Надо побродить по всей деревне, чтобы это все увидеть. И все же на Фазаньем хуторе нашлось место и обитателям леса: люди туда принесли косулю, лишившихся матери лисят. Да и сам Марк старается не пропустить, если на пути попадаются необычные представители фауны: часть лисят выменял на выпь, раздобыл болотного луня… Взрослые и дети - Я – городской житель, - отметил Марк. Конечно, не все сразу получалось: например, в клетках кролики гибли, тогда кто-то посоветовал держать их в земляной яме, как делали раньше предки. Марк так и поступил, кролики там нарыли нор и расплодились. Да и содержание такого хозяйства весьма накладно. - В этом году сплошные мучения. С марта не было нормального дождя. Вы сейчас шли через поле: травы нет вообще. Лошади пасутся весь день, и они готовы есть и есть, но не наедаются. Трудно выкормить животных. Я даже звонил людям и говорил: «Хотите, забирайте девять свиней, мне их просто не выкормить». Недавно, не поверите, звоню одному знакомому, у которого – поля. Прошу: «Мне не нужны корма, дай хотя бы отходы». Он ответил: «Цена еще не установилась. Ты позвони в конце октября. Тогда я тебе продам». Марку помогает семья: жена с пониманием относится ко всем расходам, а дети, выбираясь на выходных, ухаживают за животными. - Моя четырехлетняя дочка говорит: «Мама надо ехать на хутор. Я там хозяйка. Я должна всем все показывать. Без меня никто ничего не покажет», - рассмеялся Марк. – Дети приезжают, сами кормят, поят животных. По несколько раз ходят по кругу, все рассматривают, выбирают свое любимое животное, начинают за ним ухаживать. Марк считает, что его хутор – идеален для отдыха детей: познавательно и полезно. Благоприятно его атмосфера действует и на взрослых: - Я хочу сделать домики. Это будет одна комната, туалет, душ и балкончик с видом на речку. Чтобы можно было, допустим, взять бабушку с внуком отправить сюда на отдых летом, или больных детей. Я здесь ложусь спать не раньше, чем в 12 часов, сплю глубоким сном и просыпаюсь в шесть утра хорошо отдохнувшим. Иногда утром встану, посмотрю, как солнце встает – и ничего не надо больше. Сельский туризм Марк занимается хутором на перспективу. - Я еще ничего здесь сам не ел, - сообщил Марк, несмотря на массу рецептов приготовления, которые он знает, например, живущей у него китайской шелковистой курицы (с синим мясом, обладающим свойствами женьшеня). Марк мечтает, чтобы Фазаний хутор ожил, стал многолюдным, поэтому создает необходимую инфраструктуру. Он находит людей, готовых жить хутором. Вместе они высаживают фруктовые деревья, ухаживают за живностью, обустраивают быт. - Хочу сделать городище домашних животных: огородить площадку, внутри домики поставить под старину, и запустить туда коз, коров, кур, - поделился он планами. – Должно получиться, только руки нужны. У меня давняя мечта построить город мастеров. Я готов принимать хоть на время гончаров, кузнецов, - любых мастеров. Хлеб будем печь сами. Будет работать кузня, чтобы можно было посмотреть, как кузнец работает, самому взять и выковать на память гвоздь, подкову. Чтобы гончар работал, и горшки можно было тут же купить и посмотреть, как их делают. Чтобы люди приезжали в живую деревню. Чтобы можно было залезть поспать на сеновал, а вечером кипел самовар и звучали песни. И кухню старую сделать, чтобы готовить из той добычи, которую приносят охотники. Я уже сейчас говорю охотникам: «Подвозите. Я куплю, чтобы люди могли сюда приехать и поесть то, что они, возможно, нигде не съедят. Ведь не каждый может пойти на охоту, - я сам никогда в жизни не стрелял в животных. Сам Марк все, что он делает, называет «сельским экологическим туризмом». В Старокрымских лесах такое сочетание вполне возможно.

Подписывайтесь на Кафу в Facebook, страницу ВКонтакте и группу в Одноклассниках. А также на канал Youtube и Telegram.